Резники всех стран, объединяйтесь!

Русская православная церковь давно вышла за пределы религиозной деятельности, превратившись в инструмент кремлевской пропаганды, политического влияния и разведки. Об этом пишут Зармина Зарифи в New Eastern Europe и авторы доклада «Инструментализация религии как вызов безопасности Литвы и Европы».

Еще в 2005–2007 годах при участии будущего патриарха Кирилла разрабатывалась «Русская доктрина», предусматривавшая восстановление российской империи, подчинение Украины и территориальные претензии к странам Балтии. Зарубежным приходам РПЦ отводилась роль сети политического влияния — «православного мирского фронта», говорится в докладе.

В марте 2024 года Всемирный русский народный собор официально объявил вторжение в Украину «священной войной». По данным доклада, более 2500 священников участвуют в обеспечении российских войск, приходы собирают деньги на беспилотники и средства радиоэлектронной борьбы.

Зарифи напоминает, что на церковном форуме в январе 2026 года священноначалие РПЦ предписало духовенству внедрять оправдание войны в проповеди и повседневную религиозную практику.

Особое внимание оба текста уделяют зарубежной инфраструктуре РПЦ. По оценкам авторов доклада, в ЕС действуют около 700 связанных с Московским патриархатом церковных и культурных структур, а вместе с фондами, школами и другими организациями их более тысячи. Совокупный годовой бюджет этих организаций оценивается в 60–95 млн долларов. Источниками финансирования выступают подсанкционные российские госкорпорации и капиталы подсанкционных олигархов.

Инфраструктура РПЦ используется отнюдь не только для распространения идеологии «русского мира». Авторы доклада указывают на расположение православных объектов поблизости от военных баз, аэродромов и другой стратегической инфраструктуры как минимум в 11 европейских странах.

Зарифи приводит конкретные случаи. В Швеции подозрения вызвала церковь в Вестеросе рядом со стратегическими объектами. В 2023 году Болгария выслала трех представителей РПЦ по соображениям национальной безопасности. Эстония выслала митрополита Евгения, а Латвия законодательно потребовала разорвать связи местной православной церкви с Москвой.

Отдельная проблема — Литва. Авторы доклада ссылаются на оценку литовского Департамента государственной безопасности от марта 2026 года: несмотря на антивоенные заявления и слова о частичном самоуправлении, Виленско-Литовская епархия остается под контролем патриарха Кирилла. Ее попытки дистанцироваться от Москвы – тактическая маскировка сохраняющейся зависимости.

Общий вывод обех публикаций: церковная сеть стала частью системы гибридного воздействия Кремля на Европу. Как подчеркивает Зарифи, европейским демократиям необходимо отделять законную религиозную деятельность от специальных операций Россиии, чтобы не превращать борьбу со шпионажем в ограничение свободы вероисповедания.

===
Для украинцев фоном для этого расследования маячит призрак реально действующий и по сей день в масштабах всей Украины официальный филиал русской церкви: Украинская Православная Церковь Московского патриархата, которую зевласти должны были разогнать почти 5 лет назад. Но по неизвестным причинам они не спешат делать то, что от них требует Закон.