Сегодня карьера Путина должна была достичь вершины. Десятилетия он изображал лидера сверхдержавы, а теперь наконец примет участие в первом в истории трехстороннем саммита России, Китая и США. Российская пресса взахлеб говорит о новой Ялте — повторении саммита 1945 года, на котором Сталин, Рузвельт и Черчилль перекраивали карту Европы на руинах нацистской империи.
На беду Путина, украинские операторы беспилотников обрушили участок Керченского моста, сделав непригодной для использования главную транспортную артерию, связывающую Россию с оккупированным Крымом. И ущерб оказался не только материальным. Уничтожение любимого детища Путина накануне его главного дня как узурпатора власти — особенно болезненный удар.
Путин предложил провести эту встречу Трампу по телефону. Трамп реагировал без особого энтузиазма: «Если председатель Си захочет провести такую встречу, я соглашусь». Трамп постарался подчеркнуть, что никакого раздела Украины по образцу Ялты не будет: «Мы встретились бы, чтобы поговорить о ядерном оружии и ядерном разоружении».
Китайцы проявляли такую нерешительность в отношении трехстороннего саммита, что официально подтвердили его проведение лишь накануне. А Си Цзиньпин предупредил, что Украина обсуждаться не будет: европейцы должны сидеть за столом переговоров», ведь речь идет о «европейском конфликте.
Для Путина главный триумф — уже в самой возможности оказаться за одним столом с двумя самыми могущественными людьми мира.
Регулярные телефонные разговоры с Трампом, а также многочисленные личные встречи с его зятем Джаредом Кушнером и близким другом Стивом Уиткоффом убедили россиян, что теперь они диктуют условия не только Украине, но и всей Восточной Европе. За этим последовала череда все более фантастических по своей амбициозности требований, включая вновь выдвинутое Кремлем требование вернуть НАТО к границам 1997 года.
Но дымящиеся руины Керченского моста подтверждают, что непомерно раздутое представление Путина о собственном величии покоится на прогнившем фундаменте.
В 1945 году Сталин уже властвовал над половиной Европы, а его войска готовились начать грандиозный штурм Берлина. Жалкая правда заключается в том, что войска Путина едва способны захватывать деревни в Донбассе, расплачиваясь за это чудовищными потерями людей и колоссальным расходом огневой мощи.
Украинская атака на самый мощный символ власти Путина, проведенная в идеально выбранный момент, принесла нечто большее, чем тактическую военную победу. Путин предстанет перед Дональдом Трампом и Си Цзиньпином униженным человеком. Его претензии на роль глобального игрока разбиваются о реальность: он не способен защитить от украинских ударов даже главную драгоценность своей новой империи.
Оуэн Мэтьюз, британский журналист и писатель, специалист по России и постсоветскому пространству (The Spectator)
Отправить новый комментарий