Резники всех стран, объединяйтесь!

Пол Сонн, обозреватель The New York Times, комментируя не состоявшиеся сегодня переговоры Украины, США и России, объясняет значение Донбасса в этой войне:

Судьба Донецкой области, значительная часть которой остается под контролем Украины, стала камнем преткновения. Россия настаивает на передаче ей оставшейся части Донецкой области (как минимум) и ставит это условием прекращения войны. Украина настаивает на международно признанных границах.

Значение региона для Кремля многопланово. Символически Донбасс, особенно город Славянск, считается колыбелью так называемой «Русской весны» 2014 года. Отказ от полного контроля над этой исторически русскоязычной промышленной областью стал бы для российской пропаганды серьезным ударом и мог бы вызвать ожесточенную критику (как минимум) со стороны ультранационалистической части общества, для которой война давно стала идеологическим проектом.

Стратегически эти территории представляют собой мощный укрепрайон, Украина строила его с 2014 года. Потеря эшелонированных укреплений серьезно ослабит оборонительный потенциал страны – а Украина не ждет, что перемирие отобьет агрессивный аппетит Путину.

Прагматически Москва стремится получить контроль над истоком Северско-Донецкого канала, чтобы решить хроническую проблему водоснабжения оккупированного Донецка, о чем Путин публично заявлял.

Особую остроту вопросу придает так называемая «формула Анкориджа» – негласная договоренность, достигнутая Путиным и Трампом во время их встречи на Аляске. Считается, что Россия согласится остановить войну в обмен на оставшуюся часть Донецкой области и некоторые другие уступки. Отклонение от тех условий теперь воспринимается Москвой как невыгодная сделка. План США состоял в создании демилитаризованной зоны на спорной территории, но никогда не рассматривался Москвой всерьез.

Для Украины же сдача Донецкой области неприемлема не только в военном и юридическом контексте, но и в моральном. За эти земли сражались и гибли лучшие воины Украины с 2014 года, и любая уступка без боя или сложной внутриполитической процедуры станет миной под национальным единством.

Президент Украины Владимир Зеленский, допуская компромиссы, исключает легализацию потери территориальной целостности страны, но предлагает остановить боевые действия по линии соприкосновения и развести их на значительное расстояние, чтобы нейтральную зону контролировали миротворческие силы. Россия не воспринимает этот вариант.